Орест Кипренский — (1782-1836)
Дебют под маской Рембрандта
Орест Кипренский вошёл в историю как создатель русского романтического портрета и первый отечественный живописец, чьё мастерство обмануло европейских экспертов. До него русский портрет оставался в рамках парадного классицизма или интимного сентиментализма. Кипренский же принёс в него романтический надлом и байроническую тайну. В 1804 году его дебютная работа Портрет А. К. Швальбе была отправлена на выставку в Германию, где искусствоведы приняли её за утерянное полотно Рембрандта. Этот случай идеально описывает суть метода художника: отказ от академического глянца в пользу глубокого психологизма, мерцающей светотени и живой, почти осязаемой фактуры.
Тени старых мастеров
Путь к портретному жанру был неочевидным. Зачисленный в 1788 году в Воспитательное училище при Императорской Академии художеств, Кипренский учился у представителей строгого классицизма — Григория Угрюмова и французского живописца Габриэля-Франсуа Дуайена. В 1805 году он получил большую золотую медаль за масштабное историческое полотно Дмитрий Донской на Куликовом поле.
Окончив обучение по классу исторической живописи — высшей ступени академической иерархии, — он получил аттестат первой степени и шпагу. Однако, получив звание пенсионера, он провёл годы с 1803 по 1809 не в Италии, а в залах Эрмитажа. Там он скрупулёзно копировал Питера Пауля Рубенса, Антониса Ван Дейка и Рембрандта. Именно изучение европейского портрета XVII века сформировало его раннюю манеру с её караваджистскими тёмными фонами и резкими светотеневыми контрастами.
Кисть, скандал и изгнание
Зрелый период мастера ознаменовался созданием хрестоматийных образов. Портрет Евграфа Давыдова (1809) стал эталоном романтического портрета, за который Академия в 1812 году беспрецедентно присвоила ему звание академика, минуя стадию «назначенного».
Долгожданная поездка в Италию (1816–1822) обернулась личной трагедией. В Риме его натурщица была найдена мёртвой от ожогов, а вскоре скончался слуга художника. Полиция не нашла улик, но римская молва обвинила в убийстве самого Кипренского: толпа освистывала его, а в мастерскую летели камни. Двери меценатов захлопнулись. Вынужденный бежать в Париж, а затем в Петербург, он вернулся к работе лишь через несколько лет. Именно после этого изгнания, в 1827 году, по заказу Антона Дельвига был создан канонический Портрет А. С. Пушкина.
Себя как в зеркале я вижу,
Но это зеркало мне льстит.
Оно гласит, что не унижу
Пристрастья важных аонид.
Русский Вандик среди поэтов
Кипренский оказался в центре интеллектуальной жизни александровской и николаевской эпох. В Москве и Петербурге он писал не только аристократов, но и цвет литературы: Василия Жуковского, Николая Карамзина, Константина Батюшкова и Адама Мицкевича.
Его графические листы отличались виртуозной штриховкой: Кипренский использовал сангину, итальянский карандаш и пастель, добиваясь эффекта мерцающей кожи и живого взгляда. Именно в графике он наиболее точно зафиксировал ускользающую натуру современников, фактически изобретя русский карандашный портрет. Современники признавали его статус на европейской арене.
В Италии прозвали его «Русским Вандиком». Но это название не вполне характеризует нашего славного портретиста. Он скоро оставил Рубенса и Рембрандта и создал свой особенный стиль.
(Александр Андреев, «Живопись и живописцы главнейших европейских школ», 1857)
Римский прах, музейные залы
В 1828 году Кипренский навсегда покинул Россию, вернувшись в Италию. В 1831 году он написал жанровую картину Читатели газет в Неаполе, а в июле 1836 года принял католичество, чтобы жениться на Анне-Марии Фалькуччи — дочери той самой погибшей натурщицы. Через три месяца после свадьбы, в октябре 1836 года, он скончался от пневмонии в Риме. Русские художники, архитекторы и скульпторы оплатили его надгробие в церкви Сант-Андреа-делле-Фратте.
Точное количество сохранившихся произведений варьируется: помимо десятков живописных полотен, музеи хранят сотни его графических листов. Сегодня его работы составляют золотой фонд Государственной Третьяковской галереи, Государственного Русского музея и Эрмитажа, а автопортрет 1820 года занимает почётное место в галерее Уффици рядом с великими европейцами.
