Александр Иванов — Явление Христа народу (1857)
Двадцать лет в римской мастерской
Замысел пришёл к Александру Иванову в 1833 году, когда он жил в Риме как пенсионер Общества поощрения художеств. Читая Евангелие от Иоанна, живописец увидел в моменте явления Мессии «сюжет всемирный» — точку, где человечество делает выбор. Четыре года ушли на эскизы, поиски типажей и изучение палестинских пейзажей по гравюрам. В 1837 году художник заказал холст «вышиною 8 аршин, а шириною десять с половиною», снял мастерскую подходящего размера и приступил к работе, продлившейся два десятилетия. Он трудился с перерывами, постоянно возвращаясь к отдельным фигурам и переписывая их заново. Иванов считал картину делом всей жизни, подчиняя ей быт, переписку и здоровье.
Пустыня, Иордан и молчаливое ожидание
Полотно 540 × 750 см построено как развёрнутая панорама: берег реки, каменистый пейзаж, толпа людей, пришедших креститься. В центре композиции — Иоанн Креститель в звериной шкуре, простирающий руку к едва различимой вдали фигуре Христа. Слева застыли будущие апостолы: рыжеволосый Иоанн Богослов, сомневающийся Нафанаил, мудрый Андрей. Справа — фарисеи и левиты. На первом плане — богач, слишком привязанный к имуществу, чтобы последовать за Мессией, и раб, впервые испытавший радость. Колорит сдержан: охра, приглушённая зелень, телесные тона под бледным небом. Пространственная пауза между толпой и одинокой фигурой вдали — сознательный приём, переносящий акцент с Христа на реакцию людей. Среди пришедших к Иордану художник поместил и Николая Гоголя — профиль писателя узнаваем на переднем плане.
Признание, пришедшее слишком поздно
В 1858 году после двадцативосьмилетнего отсутствия Иванов привёз полотно в Санкт-Петербург. Картину осмотрел Александр II в Зимнем дворце, затем её выставили в Академии художеств. Владимир Стасов писал, что художник «поднялся на громадную вышину» и создал произведение, подобного которому «никогда не представляло до тех пор русское искусство». Илья Репин назвал работу «самой гениальной и самой народной русской картиной». Отзывы были и сдержанными — некоторые современники находили композицию статичной, а фигуры слишком идеализированными. Живописец заболел холерой и скончался, не узнав, что император покупает полотно за 15 тысяч рублей серебром и передаёт его в Румянцевский музей.
Сегодня картина находится в Государственной Третьяковской галерее.
